Газета «Саров» Здесь могла быть
ваша реклама!
Здесь могла быть
ваша реклама!

Газета «Саров» - Хобби - «Мистер линь»

«Мистер линь»

КартинкаЗа этих счастливчиков заступаются сразу два бога: и рыбацкий, и охотничий. На Волге, в Разнежье, прошел фестиваль подводной охоты. Саровчанин Александр Трубин настрелял рыбы на громкое звание «Мистер линь»... ...Если хоть мельком глянуть в сторону водоемов, можно сделать справедливое заключение, что сезон рыбалки не прекращается никогда. Совсем другое дело – подводная охота. Вроде, одним и тем же занимаются рыбаки и охотники за рыбой, но торжественное открытие сезона у последних происходит только в середине июня. В честь такого события на Волге устроили целый межрегиональный фестиваль: своих лучших бойцов выставили Ярославль, Воронеж, Москва, Чувашия, Нижегородская область... От Сарова были Александр Трубин и Александр Кирпичев. – Разнежье – это другая сторона Волги, – попытался «на пальцах» разъяснить Александр Иванович Трубин безлошадному человеку, куда их в этот раз занесло. – Лукоянов, Сергач, Воротынец, дальше – Фокино. Дальше – паром, и на той стороне – Михайловское. Там турбаза «Разнежье». Собрались сильнейшие команды, получился представительный смотр. Порядка семидесяти палаток. Представьте, сколько было народа. Тихий ужас! Девяносто пять участников, тридцать пять команд. В команде – два-три человека. Правда, многие в реку просто не пошли. Нас немного обманули, в положении было расписано, что прозрачность воды в этом месте – от полутора до четырех метров. Мы приехали – а там прозрачность воды всего сантиметров шестьдесят. Это явные сложности. Даже не вот сложность какая-то, а просто начинает хромать техника безопасности. Страшновато. Не каждый нырнет. Приходилось искать воду. – На реке искать воду. Нормально... – Так ее еще пойди найди! Там желательно, чтобы у участников были моторные лодки. И вот тебе акватория, выдают лоцию, по этой лоции километров двенадцать ты можешь в одну сторону плыть и в другую. Естественно, особого контроля не было. Но водная милиция «барражировала» исправно. Обустроено все было великолепно. Единственное – промахнулись с чистотой воды. А так – регистрация, медицинский контроль: пульс, давление. У ответственного за лодку должно быть удостоверение на право управления речными маломерными судами. Спасжилеты... Но здесь мы всей толпой уговорили организаторов, чтобы жилеты разрешили не надевать. То есть если человек просто управляет лодкой, ему обязательно. А тот, кто ныряет, – ему этот жилет куда?! Вот мы с коллегой плыли оба на лодке в гидрокостюмах, нам жилеты были абсолютно ни к чему. Потому что там и так никуда ты не денешься, если плюхнешься без грузов. И с грузами-то сложно утонуть. – «Скорострельность» в этой охоте учитывается, или победу просто измеряют в граммах? – По регламенту охотимся с девяти утра до трех дня. Лодки, снаряжение проверили, звучит склянка – и все ушли на старт. И дальше колокол в три часа бьет отбой. За каждую минуту опоздания – пятьдесят штрафных очков. А зачетная рыба начинается от полкилограмма. Это пятьсот очков. Килограмм – тысяча очков. – Хорошо звучит: «зачетная рыба». И много ее там такой? – Рыбы немного совсем было. Стрельнули только те, кто все время там охотится. Они знают места. А мы, приезжие, – мы только искали акватории, где понырять. Видимость – ноль. Очень сложно. Ну чего: ныряешь в траву, тут же у тебя перед лицом хвост мелькнул – сразу муть и вообще ни черта не видно. В первый день мы отплыли километров на восемь вверх по течению, во второй – вниз. Нигде ничего. Даже обычные рыбаки ничего не наловили. Мы подъехали к каким-то рыбакам, и они сказали: тут до вас еще приезжали, спрашивали, рыбу можно купить? Вот даже как ребята соревнуются. Для победы чего ни сделаешь. На самом деле рыба есть, она там, на фарватере, но там глубина до четырех метров, а это, как бы, не для нашего здоровья. По крайней мере, не для моего. Картинка– За вас заступаются сразу два бога: и рыбацкий, и охотничий. Когда-то удача должна была к вам лицом повернуться? – Пошарили мы – ничего толком не нашли. И когда у нас осталось полтора часа до окончания соревнований, а нам возвращаться час, мы нашли такое коряжное место! Мы там пятнадцать минут поплавали, и нам пришлось сворачиваться. Знать бы это место сразу! Ну, да, нам дали лоцию, ну и что? Там нарисована речка – и все, привет. Ищи, где хочешь. Понятно, что на такие соревнования надо заранее приезжать, узнать акваторию, посмотреть все, и после этого уже лазить. Но ничего, свою «программу минимум», своего линя я подстрелил. Около двух килограммов. Я сам впервые такого линя поймал. Я в детстве ловил линей, потом – стрелял. Но те были граммов шестьсот, а тут – такой линище! – И что, и это – все рыбацко-охотничье счастье?! – На самом деле, я без преувеличения мог стать абсолютным чемпионом. Потому что у меня в тех самых корягах ушел судак килограммов на десять. Я таких тоже никогда не стрелял. Самые большие были около восьми килограммов – и тут такое! Маска у меня запотела, я ее немного сполоснул, подлил туда воды – хоп ее обратно и погружаюсь одновременно. И в этот момент передо мной – бум, бревно. Я руку от маски убираю, хотел зацепиться за это бревно, вдруг это бревно хвостом мне как даст, маска чуть в сторону не отлетела! И вот эти полосы по «борту». Это явно судачина был, будь здоров какой. И все, он ушел, естественно, не успеешь ни выстрелить, ни чего. – Ну, слава богу, не обошлось без рассказов, где главный аргумент – длина размаха рук! – Таких ситуаций у меня было – неимоверно. На самом деле, когда вот таких «зверей» встречаешь – это просто страшно. Судак – у него вот такие два клыка торчат, представьте, если вцепится. Особенно, когда ты его подстрелил, и он начинает извиваться. Или та же щука, у которой тысячи зубов, и все вовнутрь торчат. Хлеборезка! Она как замнет – это все. У меня в гараже есть две головы. Одна – щука на двенадцать килограммов была, у нее головища здоровенная. Я лампочки туда вставил, она у меня моргает. У другой щуки – глаза от куклы, закрывающиеся. – А какой приз для вас завоевал поверженный в бою линь? – Для самого пока сюрприз. Мы уехали с фестиваля пораньше, потому что опаздывали на паром. Последний паром, мы могли не успеть – и все, домой не попадешь. Мы когда туда ехали, и нам до Бора, до моста в Нижний, оставалось десять километров, мы эти десять километров ехали четыре с половиной часа. Там четыре пробки сливаются в одну. А назад нам сказали: люди, которые выезжают в шесть вечера из Бора, в Нижнем появляются только в семь утра. И мы решили добираться на пароме, уехали пораньше. И мне потом звонят организаторы: вы стали призером, приезжайте в магазин снаряжения за призом. Ладно, мой напарник Александр Кирпичев будет ехать мимо – заберет... – Ну, вы им намекнули, что вам нужно больше всего? – У меня горе, очень сильное горе... – склоняется Александр Иванович над своими снастями. Никакая радость победы не смогла надолго отвлечь охотника от темной стороны этого светлого праздника, и линь, похоже, все-таки не возместил ущерба, причиненного охотой на него. – Такая великолепная была маска, только в феврале купил ее в Москве на фестивале «Золотой дельфин». Треснула! Я так понял, как раз на этих соревнованиях. На кусочки разлетелась, вот я сидел, мучился, клеил... – Может, как раз тот гад хвостом разбил? И то сказать: чем проще инвентарь, тем меньше он ломается... – Ну да, никаких аквалангов для подводной охоты у нас не предусмотрено. Это браконьерство – это раз, а во-вторых – просто-напросто большое неудобство. Рыба пузырей пугается. Но и простенькая с виду трубка у меня из трех трубок собрана. Плюс сверху привинчен пузырек из-под таблеток. Получился «зонтик», который создает преграду для поступления воды. И все, никаких пузырей! – Нож, смотрю, у вас. В ножевую ходите? «На вас уже патронов жалко!» – Под воду без ножа – ни-ни. Столько сетей вокруг – только успевай «отбиваться». – А ружье – абсолютно самодельное?! – А что, один раз тридцать пять лет назад эту пневматику закачал – и теперь только вставляю гарпун и нажимаю курок. Отличнейшая поршневая система получилась. Раньше мы ружья сами делали. Можно было металл какой-то достать на производстве, кому-то заказать одну деталь, другому – другую. Я только сейчас в музей в новом бассейне костюм отдал свой заслуженный, на нем шестьдесят с лишним заплаток. Раньше использовались костюмы – снаружи резина, внутри – прорезиненная ткань. Желто-черные такие были, аквалангисты все в них плавали. Сейчас костюмы – из микропористой резины. Надеваешь на голое тело. Есть открытые поры, есть закрытые. Поэтому некоторые можно надевать на сухое тело. А в мой новый костюм надо обязательно шампунь заливать с водой, просто так его не наденешь. А так вода поступает в поры ткани, заполняет их и принимает температуру тела. И все. Согреваешься и как в термосе плаваешь. – А много у нас любителей поплавать «как в термосе»? – Сейчас в городе подводных охотников, ну, очень много. Человек семьдесят минимум. Я считаю, это очень много для такого вида. Потому что речек-то у нас в округе толковых и нет, черт-те куда приходится уезжать, наша всегда грязная. Но умудряются и в нашей воде лазить на Кремешках, на Филипповке. Река очищается к холодам. А так какая-то белесая взвесь стоит. И из-за этого ни черта не видно под водой. Ну и после дождей муть идет с берегов. Картинка– Но вы все-таки находите, куда занырнуть? – Есть реки, где много родников и таких растений, «елочек», которые всю муть на себя собирают. И реки чистятся быстрей. Можно плавать и пораньше. Пьяна – из таких рек. В них охота в основном на голавля, на щучку. Четыре года назад я открыл место, где были сазаны. До меня о них, может, только местные знали. Но местных там не очень много. Сейчас стал ездить народ из Нижнего, из Арзамаса. Поселок Вад – там есть великолепное озеро. На нем стоит база подводников, которую создал Макаревич. Мы в прошлом году созвонились и собрались там чуть ли ни со всей области. Там есть в середине такая штука – оклинка. Сначала ее все называли «воклина». Это офигенное углубление. Там карстовые пещеры, и озера соединяются между собой под водой через эти пещеры. Но их сейчас затянуло песком. Как таковых пещер нет, но все равно эти углубления – более двадцати метров. Я туда зимой впервые попал. И узнал у местных жителей, что это называется «оклина». От слова «околевать». Околевают ноги, очень холодная вода и родники кругом. И само углубление – отличнейшее. На дно садишься – сверху тебя фотографируют. Местным рыбакам было развлечение: мимо них по льду маршировали пятьдесят человек в гидрокостюмах! Просто посреди льда там есть огромная полынья – незамерзай. Раньше в этой полынье вода стояла как выпуклая линза, она оттуда просто выпирала. Сейчас – нет, ее затянуло. Поныряли – такое удовольствие получаешь. – А охота? Было хоть в кого прицелиться? – Мне в последнее время никакая рыба толком не нужна, честно говоря. Я получаю огромное удовольствие, когда просто плаваю. Один, тишина, вокруг тебя весь этот подводный мир. Любуйся – такой рыбкой, такой. Ты плывешь – отключен от всего. Ты сам по себе где-то там, тихо сам с собою...
Анна Рысь

Опубликовано 06 июля 2011г., 16:16. Просмотров: 3743.

Комментарии:



Эту заметку пока никто не комментировал.



Чтобы использовать комментарии, необходимо зарегистрироваться и/или авторизоваться ВКонтакте.

© 2007-2020 - Газета «Саров». 16+. Главный редактор - М.Ю. Ковалева.
Перепечатка возможна только с разрешения редакции. Ссылка на gazeta-sarov.ru обязательна.
Дизайн - Анна Харитонова. Разработка и поддержка - Олег Клочков.
ТИЦ Яндекс.Метрика