Газета «Саров» Здесь могла быть
ваша реклама!
Здесь могла быть
ваша реклама!

Газета «Саров» - Спорт - Мастером можно стать только в одиночестве

Мастером можно стать только в одиночестве

КартинкаСаровские мастера карате Кирилл Тюпанов и Олег Забелин совершили новый скачок по «карьерной лестнице» …Ты только взглянешь на него, а тебе уже становится больно. Нормальная реакция на тренера, преподающего карате. Олег Забелин – ученик Кирилла Тюпанова, саровско-всероссийской «звезды» карате, горных лыж и прыжков с парашютом. Уже много лет у Олега Владимировича в Сарове – своя школа. Обучение великому старинному искусству в ней происходит настолько «без дураков», что если ты сможешь выжить там, это изменит тебя навсегда… Но иногда надо бежать, чтобы оставаться на месте. Карате – любой учитель в нем не перестает быть учеником. Это дело, где высот можно достигать всю жизнь, но, остановившись на мгновение, тут же все потерять. Над каждым здесь висит неумолимый «дамоклов меч». Какой бы степени «черноты» ни завоевал ты себе пояс, ты можешь его лишиться, если не будешь подтверждать свой статус. Именно с насущной необходимостью подтверждения своей крутизны и столкнулись саровские мастера – господа Тюпанов, второй дан кобудо Тоицурю, и Забелин, первый дан кобудо Тоицурю. Школа Тоицурю, «Школа Единства», базируется в Санкт-Петербурге, ее основатель и глава – Виктор Григорьевич Шовкопляс, седьмой дан. – История началась с того, – в очень типичной манере для серьезных людей все обращать в шутку рассказывает Олег Владимирович, – что Виктор Григорьевич подумал, а что это господа саровчане у себя в Сарове делают? Года два они уже глаз в Питер не казали. А этот срок для нас уже был абсолютно критичен. Сэнсэй имеет право отчислить любого члена школы, если он не появляется и не проходит некоторую стажировку и семинары каждый год. Поэтому формально было неизвестно, то ли с нас пояса сдирать, то ли другие давать. И сэнсэй сделал нам предложение, от которого невозможно отказаться: поучаствовать в чемпионате, который проводится в школе раз в три года. Чемпионат – чемпионатом, пять минут позора – и ты либо выиграл, либо проиграл, и все закончилось. Но он предложил нам еще и сдать экзамен на повышение квалификации: Тюпанову на третий дан, Забелину – на второй. Кобудо – это искусство владения традиционным холодным оружием востока. Нельзя сказать, что у нас наши деревяшки пылились. Но одно дело – свой междусобойчик, другое дело – экзамен. Сам экзамен что собой представляет. Для меня это – пять ката с пятью видами оружия: палка – дзе, шест – бо, тонфа, сай – кинжалы, кама – серпы. И по шесть бункай на каждую ката. Бункай – парная расшифровка кат. Обязательное условие: в конце каждого из бункай противник должен лежать. У Кирилла, соответственно, шесть ката и на шесть бункай больше. В результате оказалось, что дома мы, по мнению сэнсэя, занимались делом. Потому что мне был присвоен второй дан, Тюпанову – четвертый. Да-да, должны были третий. Но сказали: чего два раза будем паспорт пачкать, дали четвертый. Экзамен мы выдерживали вдвоем. Партнером у меня был Кирилл. Кто наши габариты – легковес с тяжеловесом – представляет, тому уже забавно. На следующий день был, собственно, чемпионат по ката – с оружием и без оружия. Мы оказались с Кириллом в одной возрастной категории – 40-45 лет. Но с четвертым даном по кобудо и третьим даном по Годзюрю-карате тяжеловато соперничать, поэтому у него два первых места, у меня – второе и третье. Единственная досада, что одно второе место я упустил из саровских цепких рук. – «Ученик, превзойди учителя!» – это ведь неправильная цитата. На самом деле в Библии сказано: «Достаточно ученику быть, как учитель его…» – Я занимаюсь уже семнадцать лет, начинал у Сергея Кузнецова, потом ушел к Тюпанову. У него стаж на шесть лет больше, чем у меня, он все постигал в Питере. А у меня – сугубо саровская выучка. На первый дан я сдал лет пять назад, и на получение следующего дана нельзя было сдавать ранее некоторого срока. – Достижение более высокого уровня – это процесс, в который можно втянуться? Каждый следующий шаг не легче предыдущего? – Совсем нет. Простая арифметика: обладателей самых низших ступеней, восьмых кю, сотни, седьмых – уже треть, даны – вещь штучная. На соревнованиях, когда посмотрел состав школы, половина от всех данов была первыми, остальные – вторые, третьи. Единственный четвертый дан в школе – Тюпанов! Выше – только сэнсэй с седьмым. Так что саровский филиал весьма представителен в школе Тоицурю. – Заниматься без тренера – непрофессионально, а в таком сложном деле, как ваше, вообще можно куда-то в сторону уйти. – Вот поэтому и был задан вопрос: «А вы, собственно, где?!», и сэнсэн с нетерпением ждал нас к себе и с пристрастием смотрел, что мы делаем. Вообще-то, да, на соревнованиях было замечено, что двигаемся мы чуть-чуть иначе, чем питерцы. Иначе, но хорошо. Собственно говоря, факт налицо: медальки-то вот они. Пьедестал-то мы собрали. Вопрос о том, сдирать с нас пояса или давать новые, быстро стал неактуален! – Злые языки рассказывали, что в школе вы были самым маленьким и слабым… – об этом можно смело упоминать, не боясь обидеть, когда говоришь с суперменом с абсолютно бриллиантовой огранкой. – В детстве – да, где-то так. А в школе карате был еще и самым «сляпанным», самым неумелым. Но все, видимо, временем преодолевается. – Жутким характером! В этом деле чем вреднее, тем лучше. – Здесь, как везде, – несколько факторов. Способности, упорство, количество упорства и занятий, ну и все-таки время. Что не проходится большими шагами за короткий промежуток времени, можно пройти маленькими за долгий. Вот, прошел! – Вы-то к первому дану сколько шли, десять лет? Это быстро? – Нет, не быстро. Я, когда занимался, по своей наглости думал, что из пяти лет не выскочу: будет где-то четыре с половиной, когда я получу первый дан. Но там школа немножко разбежалась, и пришлось еще пять лет позаниматься, чтобы первый дан получить. Думал, что будет быстрее. Просто у Кирилла были другие жизненные обстоятельства, другие дела, и подготовкой на первый дан я занимался практически сам. Вот на второй – тут с сэнсэем Тюпановым много-много легче и удобнее было готовиться. На второй дан – безусловно, он меня готовил. – А где? Это ж здоровый зал нужен. – У нас зал в клубе «Мечта», где я веду секцию. Меньшего зала я просто не видел. Меньший зал – это уже кладовка. Мне как-то хватает. Кату с шестом – да, нарабатывал в другом зале, попросился к добрым людям в пожарную часть. Все получилось. – Из детей, которые сейчас занимаются, кто-нибудь сможет «вылезти», как вы? – Сэнсэй в свое время сделал ученические пояса. Это когда ты получаешь пояс технический, потому что сдал всю технику, но не сдаешь бои. Все-таки пока дети до какого-то определенного возраста не выросли, с них неправильно требовать, чтобы они были реальными бойцами. На своем уровне они – да, работают. Кто их них вылезет – время нужно, время и усилия. Неспособных не бывает, я тому печальный пример. Отсутствие способностей преодолевается упорством занимающегося и обучающего. – Самому себя так вытянуть, как вы, – это достижение… – Это уже образ жизни. В состоянии, когда себя не тянешь, я уже просто не бываю. Просто мы так живем. Это как зубы чистить. Это уже образ жизни, по-другому не скажешь. – Как надо выстроить жизнь, чтобы завоевывать черные пояса? – Бывают дни, когда я не занимаюсь. Я работник ВНИИЭФ, у меня семья. Поэтому я живу не для занятий, занятия существуют для меня. Если они будут мешать мне жить, это неправильно. Они мне жить помогают. Поэтому занимаюсь столько, сколько мне комфортно и приятно самому. – Было такое, когда – все, не могли вы больше? «Не тяну, не могу!» – Я что-то такого не помню. Какие-то перерывы бывали, но я всегда знал, что вернусь. А чтобы сказать: «Я больше не могу!» – не-а! – Но ведь в вашем деле очень легко дойти до состояния, когда даже психика не выдерживает уже такой нагрузки. – Если не выдерживает психика, не выдерживает тело, это школа смерти, это неправильная школа. Должна быть школа жизни. Это занятия для жизни, а не жизнь для занятий. – Вот в боксе ученику гораздо реальнее выжить, чем в вашей школе… – Да ладно, считается, что бокс – самый «лошадиный» вид, в смысле, самый тяжелый среди единоборств. Я знаю, я некоторое время для повышения квалификации боксом занимался. Хотя, смотря кто тренирует, как заниматься. Тут еще вот в чем дело. Карате – это все-таки искусство, бокс – спорт, там – сплошная пашня, там нет речи об эстетике… – Вы не рассмотрели красоты в боксе?! Ай-ай-ай, а еще художник! Я всегда знала, что вы увлеклись карате именно как искусством, что это – самореализация человека с отличным художественным талантом и чутьем. Но искусство карате до ужаса двояко. С одной стороны, грубая физуха, ее постоянно надо нарабатывать, с другой стороны – очень тонкие вещи, жонглирование энергией. Но, как я поняла, ваш стиль – не самый внутренний из всех стилей карате. – Деление на внешние и внутренние стили достаточно условное. Тот же самый Годзюрю начинался как в чистом виде атлетичный стиль, где была чудовищная физуха. Со временем он пришел к тому, что стал, может быть, одним из самых внутренних стилей карате. Собственно, о занятиях: я дома зачастую занимаюсь не поднятием тяжестей и отработкой ударов, мне этого в зале хватает, а именно точу технику. И только дома можно заниматься какими-то внутренними работами. В частности, прана-ямой, дыханием, либо какими-то видами медитации. Собственно говоря, это только дома, на людях это не делается. В этой поездке сэнсэй очень философски сказал: мастером можно стать только в одиночестве. – Философия одиночества – весьма антисоциальная вещь. Идеология карате, если в нее внедриться, очень сильно изменяет сознание. Она слишком отличается от обычных человеческих взглядов – и даже противопоставляет себя им. Вон, у Лао-цзы: «Освободись от привязанностей и страстей, и вся Поднебесная утихнет сама собой». Предлагается отсечь и отрицательные, и положительные эмоции. Это все учит внутреннему холоду, быстрее, чем ты научишься не ненавидеть врагов, ты научишься не любить ближнего! – Ну, да, конечно, в карате это все есть. Только меня считают почему-то крайне эмоциональным человеком по жизни. Как это получается, не знаю, но такой вот нонсенс. Да, спокойствие, да, школа пустоты. Ты противника проваливаешь в пустоту своей безупречности и спокойствия… Ага, так считают те, кто меня не знает! Наверное, я просто не мастер! – Наверное, вы их просто еще не били… И все-таки, от погружения в эту философию меняется жизнь? – Любое погружение в любое дело меняет человека. Любой профессионализм ведет к перестройке сознания. Карате не лучше и не хуже в этом плане, может быть, там это все просто более ярко, более заметно. Да, человек, являющийся профессионалом в чем-то, становится носителем этой профессии внутри. Как сказал один великий инженер, тот не конструктор, кто на бабе о работе не думает! – А сталкивались с таким, что… ну вот нет эмоций? Здесь должны быть эмоции: горе, сострадание, банальное любопытство, а их нет, настолько вы научились от всего отгораживаться. Кстати, когда учишься быть беспощадным к себе, к другим становишься вообще беспощаден? – Это постулат из книжки «мужика с топором», я так понимаю? Это у него «бесконечная беспощадность к себе». А «мужик с топором» – это есть большой русский мастер, очень уважаемый человек в боевых искусствах, его книгами все полки в магазине заставлены. Но для меня беспощадность – не знаю… Когда я беспощаден к ученикам или себе, я делаю это все только для того, чтобы… Нет, не беспощаден, такого не бывает никогда. Когда я жёсток к ученикам или к самому себе, я делаю это только для того, чтобы человеку стало потом лучше. Когда я дерусь, я считаю, что пытаюсь что-то объяснить человеку. Я стараюсь не просто побить его, а что-то доказать свое, чего он, может быть, не знает. Кто беспощаден, тот становится подобен зверю. Это не путь человека. У Бога есть тигры, зачем ему человек-зверь?..
Анна Рысь • Фото - А. Синельщиков

Опубликовано 22 января 2012г., 14:45. Просмотров: 3943.

Комментарии:



Эту заметку пока никто не комментировал.



Чтобы использовать комментарии, необходимо зарегистрироваться и/или авторизоваться ВКонтакте.

© 2007-2019 - Газета «Саров». 16+. Главный редактор - М.Ю. Ковалева.
Перепечатка возможна только с разрешения редакции. Ссылка на gazeta-sarov.ru обязательна.
Дизайн - Анна Харитонова. Разработка и поддержка - Олег Клочков.
ТИЦ Яндекс.Метрика