Газета «Саров» Здесь могла быть
ваша реклама!
Здесь могла быть
ваша реклама!

Газета «Саров» - Жизнь как она есть - Мозаика войны

Мозаика войны

КартинкаВ планах нашей редакции – цикл публикаций, посвященных 70-летию Победы в Великой Отечественной войне. Предлагаем вам первый материал – малоизвестные факты из боевой жизни лётчиков. «Кока кола» как средство от сонливости Основным самолётом нашей дальней авиации во время Великой Отечественной войны был знаменитый «Ил-4» КБ Ильюшина. Воспоминания наших летчиков, летавших на нем: «Автопилота на самолете Ил-4 нет, а по своей природе он неустойчив, каждую секунду норовит завалиться в крен, уйти с курса, задрать или опустить нос. Нужно беспрерывно крутить штурвал... Гул моторов, однообразные движения штурвалом прямо-таки убаюкивают. И летчик с открытыми глазами сидит, но приборов не видит. Его сознание на миг отключается. Сон длится секунду, может, две, но кажется, что спал вечность! И руки начинают бессознательно крутить штурвал, и не всегда в ту сторону, куда нужно. Чтобы избавиться от сонливости, мы брали в полет нашатырный спирт. Но некоторые мои однополчане так и сложили головы не над целью, а в обычном полете, потеряв бдительность. Выдержать постоянное напряжение в длительных полетах не могли...» Эти воспоминания относятся к начальному периоду войны, а следующие – к более позднему времени, к 1944 году. «Когда полет мог длиться шесть часов и более, нам выдавали маленькие жестяные коробочки с ветчиной и сыром, галеты, плитку шоколада и «кока-колу» в шариках, по десять драже. И совершенно особое действие у этих шариков было. Ты летишь, монотонно ревет мотор, шелестят винты, а вокруг звездная ночь, тебя начинает клонить в сон, тогда берешь шарик «кока-колы», и сонливость как рукой снимает. Помогали такие драже и не курить в полете. С «кока-колой» и семь часов можно было перетерпеть. А шоколад мы обычно в полете не ели, зато в карманах всегда держали несколько плиток – на случай, если придется прыгать над чужой территорией, чтобы было чем голод утолять, пока до своих доберешься». В 1944 году руководство дальней авиации поручило медикам оценить эффективность различных средств от сонливости. Надо отметить, что фармацевтические средства стимуляции бодрости использовали и подводники, и разведчики, и фронтовые врачи, но инициатива исследований последствий их применения принадлежала командованию дальней авиации. Результаты этих исследований интересны и сегодня. Было признано, что шарики «кола», которые использовали в американской армии и которые по программе «ленд-лиза» поступали в Советский Союз, являлись самым эффективным средством. Но советские медики выявили и вредные побочные последствия, о которых не сообщалось в сопроводительных документах. (Ситуация встречается и сегодня – для высокоэффективных иностранных лекарств).Оказалось, что при потреблении «колы» в течение всего пары недель у молодых (и это подчеркивалось) лётчиков возникают притупление чувства самосохранения и страха, завышенная оценка собственных способностей, неоправданная весёлость, и т.п. (Мне вспомнился президент США Джорж Буш-младший, буквально не расстававшийся с бутылочкой «Кока-колы».) По итогам исследований наши медики рекомендовали выдавать летчикам горький шоколад, отечественный (первым был назван «Гвардейский») и английский. Этот вывод специалистов напомнил мне «великого реформатора» Никиту Хрущева. Я не встречал летчика, который сказал бы о нем что-нибудь положительное. Причин неприязни, а то и ненависти много, и они разные. Один из ветеранов, знакомый со статистикой авиакатастроф, в свое время допущенный к стенограммам секретных совещаний с участием Хрущева, вспоминал, что Хрущев после появления ракет «невзлюбил» авиацию и однажды решил упразднить летные пайки со словами «Нечего шоколад б..дям скармливать». Спорить с ним было бесполезно – сомневающийся в гениальности его предложений вылетал из армии «без парашюта». После этого число аварий и катастроф в бомбардировочной авиации заметно возросло. Ветеран долго подбирал подходящее ругательство, и наконец назвал Н.Хрущева «синебрюхим дикобразом». После снятия Хрущева летные пайки вернулись. Трофейные консервы для питания... В 1944 году Красная армия перешагнула границы СССР и вошла в «цивилизованную» Европу. Европейские впечатления богатых туристов, членов правительственных делегаций и военнослужащих Красной и Советской армий существенно различаются. Наступление нашей армии сопровождалось захватом трофеев, среди которых было не только оружие, но и амуниция (в том числе и нейлоновые женские чулки), и продукты питания, в частности, консервы и не только немецкие, но и со всей Европы. Ими стали пользоваться по назначению. И тут произошло неожиданное – целые авиационные дивизии, и в первую очередь лётный состав, «сели на горшки». Такого не наблюдалось у пехоты и других родов войск. Версия вражеских диверсий в данном случае не выдвигалась, поскольку случаев смертельных и даже серьезных отравлений не было. Проблемой занялись медики. Наиболее правдоподобной версией причин расстройств пищеварения у летчиков при употреблении трофейных консервов была следующая: эти консервы включали в свой состав неиспользуемые в советской пищевой промышленности добавки – «пастеризаторы» «стабилизаторы», усилители вкуса. Потребление трофейных консервов в большом количестве и провоцировало расстройство желудка. Специфика боевой работы летчиков – это хронические стрессы, вибрация, шум, кислородная недостаточность, перегрузки, у летчиков-истребителей еще и неестественные положения тела в пространстве, интенсивный метаболизм, т.е. обмен веществ (к примеру, за 15-минутный бой летчик-истребитель терял 3-3,5 кг веса). Они провоцировали своеобразную картину заболеваний. В том числе отмечалась высокая частота заболеваний органов пищеварения, язвы желудка. Это приводило к необходимости не просто высококалорийного, а специального питания. По особым нормам питались даже летчики блокадного Ленинграда. Замечаний и рекомендаций медиков о том, как пользоваться трофейными консервами, было много, среди них и вызывающие улыбку. Например – держать при полковой кухне двух-трёх собак для опробования пищи, но собак не местных, а привезенных из Союза – незнакомых с пищей Третьего рейха. Отмечу, что состав наших консервов не менялся с дореволюционных времен. Это: мясо, соль и лаврушка.
Картинка
* * *
После войны мой отец много летал, и потому раз в месяц у нас в семье появлялся положенный ему летный паек. Паек – не полный набор продуктов на месяц, а дополнительный «приварок» – не был бесплатным, его стоимость вычитали из отцовского жалования. Часто я ездил с отцом на казенной машине получать паек в подмосковных военных складах, и помню вкусные соленые огурцы, которые на складе выбирал я сам. Начальник склада – старшина-сверхсрочник, украинец, открывал по очереди огромные бочки и рекомендовал мне не спеша выбрать по вкусу и набрать бидончик с рассолом. Остальные продукты подлежали строгой отчетности. Состав пайка варьировался. Инструкция по замене продуктов с подписями и печатью висела на стене. Но читать я еще не умел, помню только разговоры. Например, яйца заменялись американским яичным порошком. Но меня больше всего интересовали шоколад и тушенка. Шоколад чаще всего был «Гвардейский», но довелось попробовать и очень странный – английский пористый, горьковатый. Удовольствия я от него не получал. Одна банка отечественной тушенки приравнивалась к двум банкам американских мясных консервов и полутора банкам аргентинских. Такая замена принималась и мной, и отцом с огорчением. Эх, хватило бы сегодня ума у наших бизнесменов построить в Аргентине мясокомбинат и производить тушенку по дореволюционному русскому рецепту! ДЛЯ СПРАВКИ. Дореволюционных армейских запасов консервов хватило на всю Гражданскую войну. И красным, и белым. Немного сохранилось и до 1941 года. Перед Отечественной войной в нашей стране вновь были созданы огромные запасы тушенки. Интересно, что заслугу сохранения дореволюционного рецепта армейской тушенки историки приписывают царским офицерам, перешедшим на сторону Красной Армии. Армейские склады и базы Госрезерва находились в основном в европейской части СССР и были захвачены немцами уже в 1941 году. Оставшиеся запасы были исчерпаны к 1943 году. На помощь пришла американская тушенка. По программе «ленд-лиза» в годы войны США поставили для нужд Красной Армии примерно 400 млн. банок тушенки, что в пять раз превысило производство мясных консервов в СССР за тот же период. Наши солдаты дали американской тушенке остроумное название – «второй фронт». Каких-то нареканий в ее адрес в воспоминаниях участников войны не встречается, но мнение – «наша все же вкуснее» – единогласно.
Игорь Жидов

Опубликовано 01 сентября 2014г., 17:50. Просмотров: 1864.

Комментарии:



Эту заметку пока никто не комментировал.



Чтобы использовать комментарии, необходимо зарегистрироваться и/или авторизоваться ВКонтакте.

© 2007-2021 - Газета «Саров». 16+. Главный редактор - М.Ю. Ковалева.
Перепечатка возможна только с разрешения редакции. Ссылка на gazeta-sarov.ru обязательна.
Дизайн - Анна Харитонова. Разработка и поддержка - Олег Клочков.
ТИЦ Яндекс.Метрика