Газета «Саров» Здесь могла быть
ваша реклама!
Здесь могла быть
ваша реклама!

Газета «Саров» - Жизнь как она есть - Алёшкино счастье

Алёшкино счастье

Продолжение. Начало здесь. Прощай, родной дом Зимой 1938 года приехал из Ташкента наш деревенский мужичок. Детей у него не было. И отец поговорил с ним о том, чтобы он взял меня с собой в Ташкент как сына. Тот согласился. Даже пообещал: «Пусть живёт там со мной и учится в школе. Я бы его потом в институт послал учиться». Договорились, что придёт он к нам вечером. Прождали долго, но милый дядя не приходил. Отец хотел было с утра к нему опять идти, но тут мама тихо молвила: «Никуда он не поедет. С нами будет жить. Лапти плести умеет. Себя может прокормить». В мае 1939 года отец решил проводить меня в Дзержинск, где жил брат. Вошёл к нам в дом сват Михаил Павлович. Узнав, что меня отправляют в большую жизнь, сказал: «Маловат ещё. Но я не буду мешать, вы на дело собрались. Я по пути зашёл». Пошёл к выходу, остановился, посмотрел на меня и сказал: «Ты, Алёша, поласковей будь. Как говорится, ласковый теленок двух маток сосёт». И вышел из дома. Мы посидели на дорожку. Мать потихоньку подошла ко мне, неожиданно обняла и поцеловала. А я её отталкивал плечом. Мама знала, что я ласку не приму, потому что никогда меня не целовали, поэтому она решила сделать это неожиданно для меня. Я в последний раз посмотрел на родной дом, как будто знал, что долго сюда не вернусь. А ведь здесь прошло всё моё детство. Я знал, что могу вернуться домой только тогда, когда стану совсем взрослым, возможно, приеду в отпуск или на побывку. «Прощай, родной дом», – подумал я про себя. Мы пошли в район, где около автобазы должны были встретиться с женщинами, которые ехали в Дзержинск. Дорога шла через луга. Земля была сырая и глинистая. Ноги стали проваливаться в грязь. Ботинки очень жали, и я почувствовал сильную боль. Потихоньку стал отставать. Отец взял у меня мешочек с двумя пирогами и пошёл ещё быстрее. В районе нашли попутную машину. Сели в кузов с пустыми бочками. Женщины устроились на полу и меня пригласили сесть. Мы поехали. Вдруг одна из женщин сказала мне: «Алёша, папа тебе рукой машет». Я оглянулся и увидел отца. Он махал мне, и рыжая его борода была поднята кверху. Мне стало жалко его, у меня защипало в глазах. Но ветер дул в лицо и быстро высушил слёзы. Я стал вспоминать этот необычный день: первый раз я ехал на машине, первый раз поцеловала меня мама, первый раз отец помахал мне рукой. Но тогда я ещё не знал, что это был последний раз, когда я видел своих родителей живыми. Работа, работа, работа Я приехал к брату в общежитие. Встретил он меня со словами: «Зачем приехал? Завтра же поедешь домой». Я загрустил. Жена брата, увидев мою ветхую рубашку, сказала: «Алёша, завтра, может быть, мануфактура будет в продаже. Пойдёшь и на рубашку купишь. Я тебя отведу». Наутро она и вправду отвела меня к сараю, где должны были продавать материал. Просидел я у сарая до десяти часов, но его так и не открыли. Возвращаясь назад, я увидел двух сапожников. Попросился к ним в ученики. Сапожники посоветовали мне идти в отдел по найму. Там сказали, что учеников уже набрали. Пригласили прийти дней через десять. Но я неожиданно заболел и с высокой температурой попал в больницу. Только после выписки я снова обратился в отдел по найму. Взяли меня учеником токаря к дяде Саше. Учились мы полгода, а потом нам дали двухнедельное пособие и сократили. На работу никуда не брали. Наконец поступил сантехником. Проводил отопление. Потом нас пригласили срочно провести 16-дюймовые трубы. Работа была сложная. Трубы скатывали в канаву, стыковали. Но тут произошло неожиданное. Еле поднимая берёзовую вагу, я запнулся, упал в песок и вагой стукнул работающего рядом. Он ничего не сказал, а бригадир, пнув меня, вручил железную щётку и велел внутри трубы ржавчину счищать. Пыли некуда было выходить. В трубе я начал задыхаться. Ну, думаю, умру. Вытащить из трубы диаметром 406 мм невозможно. Но всё же, вычистив две трубы, я чудом выбрался. Бригадир тут же послал меня в столовую занять очередь. Там встретил дядю Сашу, у которого учился на токаря. Оглядев меня, он спросил: «Почему такой грязный?» Я ему ответил, что был в трубе вместо шомпола. И он пригласил к себе на химзавод, сказав: «Ты ведь хорошо учился. Это учтут и тебя возьмут». Меня действительно взяли в цех. Дядя Саша рассказал начальству про меня, как я 16-дюймовые трубы очищал от ржавчины, как проползал внутри трубы и задыхался от пыли. Заявление моё подписали. И я вернулся на прежнее рабочее место. Резцы для работы получил без ограничения. А вот необходимых отрезных резцов дали только три. «Как же ими работать целый месяц?» – думал я. Выход нашёл. Дождавшись, когда все уходили домой, пробирался в цех и из расточки под прямым углом вытачивал отрезной резец. Работал до пяти часов утра, старался не испортить точило. Рабочие приходили к шести, а я, до их прихода наточив резцы, уходил с работы. Работал я по восемь часов, иногда и по двенадцать, несмотря на то, что малолетка. На химзаводе в выходные дежурил токарь. Мне тоже очень хотелось работать, чтобы заработок был побольше. Наконец мне дали другое задание – для всех станков изготавливать латунные гайки, для конвейера снаряды начинять. Работали все по 12 часов. Разговаривали шёпотом, потому что вся эта работа была под секретом. Я изготовил 180 гаек за два дня, другие – 140, а кто и по 90. Собрались мужички, смотрят на меня, улыбаются. Дядя Саша и говорит: «Ты, Алёша, больше всех сделал гаек, я и то только 140 штук». У всех резцы были отковные, с микротрещинами. А у меня не отковной отрезной резец, выточенный из целого металла. Поэтому я и сделал больше всех! С этого дня мне стали доверять более сложную работу. Для ёмкости бочки необходимо было делать кольца в размере 3500 мм (нижнее и верхнее кольцо и для крышки). Мужики не шли работать на лобовой станок, ругались. А я с радостью делал эти кольца. Правда, было очень трудно, потому что кругом ржавчина, и ремень переключения плохо работал. Сначала нужно было багром от самого потолка с одного шкива ремень перекинуть на другой. Но на ходу он мог подхватить тебя и отбросить. Горячей стружкой можно было повредить ботинки. Вот мужики и не шли туда работать. А я не боялся, я шёл работать, знал, что за это больше заплатят. Приходилось делать кольца разных размеров – 800 мм, 1000 мм, 1200 мм. Каждый выходной надо было дежурить, но никто не хотел. Я же опять прошусь. Золотанов, токарь, как-то говорит мастеру, указывая на меня: «Вот этот хочет дежурить». Мастер в ответ: «А мне его жалко до слёз: малолеток ещё, а он работает по 12 часов, выходных не знает». Я продолжал работать. Всё, что поручали, выполнял. И мне платили по 37 рублей. Однажды, закончив работу, я шёл в инструментальную кладовую, подбрасывая кверху молоток. Он переворачивался в воздухе, я его хватал на лету и снова подбрасывал. Так и шёл. Золотанов увидел это, и я услышал, как он сказал дяде Саше: «Вон он какой энергичный!» Тот в ответ: «Да, хороший парень. Люблю его больше собственного сына». Война Началась Вторая мировая война. Мне поручили изготовить девять комплектов опор для зениток. Я всё это сумел сделать. Потом пришёл офицер и сказал мастеру, что нужно расточить обойму от треноги. Мастер показал на меня, тот рявкнул: «Это боевое оружие, а вы ему поручаете расточить!» Я стоял у станка. Под решёткой – два толстых бруска (это чтобы мне было повыше и удобнее стоять). Когда я выполнил задание, мастер доложил об этом офицеру. Тот, конечно, удивился. …Шёл призыв в армию. Меня почему-то оставляли на заводе. Работал до 3 декабря 1941 года. Нас отправили на сборный пункт во Дворец культуры завода им. Свердлова. Ждали эшелон. К новобранцам приходили жёны, матери, дети. Ко мне никто не приходил, так как некому было. Я вспоминал про своих родителей. У меня было 960 рублей, и я должен был передать им эти деньги через нашего деревенского старика Сергушина, который жил здесь, но часто ездил в деревню. Мне удалось передать с ним деньги и попросить, чтобы он сообщил моим родителям, что меня забрали в армию. 12 декабря 1941 года нас посадили в вагоны. Было очень холодно… Все считали, что нас везут под Москву, а оказалось – на Дальний Восток. Ехали больше месяца. Бывало, что по трое суток я ничего не ел. Вскоре нас привезли на место назначения и стали распределять кого куда. Меня определили связным к пулемётчикам. Обстановка была очень сложная: то командир дивизии собирает, то командир полка, то на учения по тревоге. Я должен был оповещать офицеров. …С 23 февраля 1942 года наша дивизия стояла в 17-ти километрах от границы. Мой батальон доставили на границу между Банной заставой и Котельниковой. Посреди этих застав и жили в землянках. Одну ночь спали в полном боевом, одну – нормально. Каждую третью ночь с вечера до рассвета – на боевом посту, зимой в снегу. И так все три с половиной года. Границу нарушали очень часто, но наши замаскированные часовые видели нарушителей. Их задерживали. Все они были молодые, здоровые, на них была японская военная форма. Каждый из них говорил, что он заблудился. Я только раз принимал участие в задержании нарушителей границы. 9 мая мы находились в обороне, когда узнали, что война закончилась. Обрадованные известием, мы весёлые и счастливые вернулись в землянки. Я думал о том, что все поедут домой, а мне некуда. Родители умерли во время войны. Меня никто не ждёт. Я ушёл за землянку, и слёзы полились ручьём… 9 августа 1945 года наша дивизия перешла китайскую границу и вошла в глубь Китая. Мы должны были освободить Манчжурию, которую оккупировали японцы. Нам был дан приказ взять город недалеко от границы. На рассвете мы пришли в этот город, а он был уже взят самоходной артиллерией. Мы хотели отдохнуть, но пришёл новый приказ. И снова мы шли весь день и всю ночь, не останавливаясь, сначала по равнине, потом по каким-то холмам. Перешли хребет. Наконец пришли в маленький военный городок. Кругом был дым, городок горел. Нас посадили на грузовые машины. У самых гор нас обстреляли. Несколько человек было убито. Около этих гор мы заночевали, а утром началось наступление. Впереди шла пехота. Японцы открыли стрельбу. Были убитые и ранен. Я видел смертельно раненных. Четыре человека шли как пьяные и говорили нам: «Бейте их, гадов!» Окончание следует.
Алексей Кулагин

Опубликовано 04 августа 2010г., 00:37. Просмотров: 2917.

Комментарии:



Эту заметку пока никто не комментировал.



Чтобы использовать комментарии, необходимо зарегистрироваться и/или авторизоваться ВКонтакте.

© 2007-2020 - Газета «Саров». 16+. Главный редактор - М.Ю. Ковалева.
Перепечатка возможна только с разрешения редакции. Ссылка на gazeta-sarov.ru обязательна.
Дизайн - Анна Харитонова. Разработка и поддержка - Олег Клочков.
ТИЦ Яндекс.Метрика