Газета «Саров» Здесь могла быть
ваша реклама!
Здесь могла быть
ваша реклама!

Газета «Саров» - Жизнь как она есть - Оперативники в... шкуре

Оперативники в... шкуре

Картинка21 июня – День кинологических подразделений МВД России Два больших аквариума, соответствующих размерам рыбок, два стола с компьютерами, около стен несколько шкафов, в углу большой пакет с собачьим кормом. Периодически слышен лай собак. Весь сегодняшний день мне предстоит провести в кинологическом центре УВД, в компании младшего инспектора-кинолога Владимира Юрьевича Китина. День кинолога начинается с восьми утра и заканчивается ровно через двадцать четыре часа, уже следующим утром. Первым делом – сдача-приём дежурства, проходящая на Советской, 1. Потом, примерно в половине десятого, завтрак. Только завтрак не у кинолога, как, может быть, кто-то подумал, а у собак. Война-войной… Кормят, кстати, хорошим собачьим кормом, так проще и быстрее. Да и дополнительно давать витамины и добавки не надо. Пока у хвостатых оперативников трапеза, у меня появилась возможность пообщаться с Владимиром, и, налив по кружечке чая, мы сели за стол. – Сколько сейчас собак на боевом дежурстве? – Четыре. Раньше было шесть, но одну списали на пенсию по возрасту, а одну забрала сотрудница, когда уволилась. – А во сколько собаки выходят на пенсию, и куда они попадают? – Возраст списания от восьми до десяти лет, всё зависит от здоровья. Это же не машины, они живые существа. Мы их либо в питомник КБУ отдаём, они там дослуживают, либо просто в хорошие руки, но чаще всего их забирают кинологи, которые с ними работали. – А как вы работаете, за каждым кинологом своя собака, или вы можете на выезд отправиться с любой? – Нет, у нас у каждого своя собака, да и собаки работают только со своим хозяином, ведь кинолог берёт её щенком, сам обучает. Конечно, кормлю и выгуливаю я всех собак, они меня знают, но работаю только со своей. – А какая, кстати ваша? – Ротвейлер, Рик. Скоро сами увидите. – Много работы у собак? – По-разному, раз на раз не приходится. В неделю около восемнадцати-двадцати выездов бывает. Нас в основном вызывают на кражи, грабежи, например, из квартир, гаражей, дачных участков. – Есть какая-то сезонность в работе? Когда больше вызывают? – Сезонность есть по разделению преступлений. Например, весной-летом – огороды. Осенью – гаражи. Квартиры и грабежи круглый год. – И как часто удаётся раскрыть преступление? – Как таковое, раскрытие от нас не требуется. Если есть возможность применения собаки, она применяется обязательно, ну, а уж дальше от многих факторов зависит: как давно всё произошло, какая почва, асфальт, грунт, какая температура воздуха, какая влажность, насколько истоптана местность и как часто по ней кто-то ходит. Факторов много. Да и логически иногда если подумать: например унесли из огорода металл, килограммов сто – сто пятьдесят. Ясно, что его не на себе тащили, а скорее всего на машине увозили. Собака след берёт, но через несколько метров останавливается, находя точку, где стоял автомобиль. Тут просто обозначаешь место, может, криминалист что-то найдёт. А вот на прошлой неделе грабёж был, у художественной галереи у школьника рюкзак утащили. Парень практически сразу позвонил. Собака по его запаху взяла след, и буквально в соседнем дворе мы этот рюкзак нашли (кримпасьянс №23 от 8 июня – авт.). Собака и дальше пошла, но следы вывели на автобусную остановку около Вечного огня и там затерялись. Наша задача, грубо говоря, обозначить направление, или район, в котором скрылись подозреваемые, а дальше работа оперативных служб и участковых. Бывали случаи, когда по хорошим следам доходили практически до подъезда. Там уже участковые отрабатывали. Они же знают, кто у них на учёте, кто под подозрением. – Как долго сохраняется след? – По-разному. Дождь сразу смывает следы, на сто процентов. Если дождя нет, и солнце сильно не печёт, как например, в прошлом году, то на пересечённой местности чёткий след до шести-восьми часов. Направление можно найти и позже. На асфальте три часа максимум, а в жару вообще полчаса. Оптимальные условия для сохранения следа – от плюс пятнадцати, до минус десяти. Снег допускается, он просто закрывает запах, но собака всё равно может работать, а вот дождь, это всё… Ниже минус двадцати пяти тоже не рекомендуется применять собаку, так как она может повредить себе дыхательные органы и обоняние. – Сколько собака может активно работать без перерыва? – Летом – час совершенно спокойно. Как правило, этого как раз хватает. У нас ведь, как правило, нет такого потока происшествий, чтобы с одного на другой постоянно приходилось ездить, так что даже если несколько выездов за смену, собака всегда успевает отдохнуть. Пока мы пили чай, собаки поели, и настало время выгула. Это надо видеть… Владимир подошёл к вольеру, и ротвейлер, сидевший в нём в предвкушении общения с хозяином, стал выписывать такие пируэты, что мне стало казаться, что стены могут и не выдержать. Рик разбегался, прыгал на стену, отталкивался от неё лапами и приземлялся практически уже около другой стены. Снова разбегался, прыгал, и так по кругу, а весит этот чёрный красавец, судя по всему, далеко не пять килограммов. Другие собаки, впрочем, тоже не скрывали своей радости, сменяя радостный лай от встречи с кинологом на грозный, адресованный в мою сторону. Дальше вообще для меня, человека далёкого от служебного собаководства, стали происходить просто волшебные вещи. По еле заметному со стороны жесту руки, Рик садился, ложился, вставал, а иногда вообще начинал откровенно позировать перед объективом. Моему невоспитанному кобелю, с повадками варвара, живущему в деревне, до этой отчеканенной собаки далеко, как питекантропу до хомо сапиенса. Рик радовался общению с хозяином, а я думал, что, пожалуй, если такую пустят по следу, лучше сразу сдаваться! Вот она – гармония. Высокий, крупного телосложения кинолог, и под стать ему мощная красивая собака. Такую пару не то что на задержание, с них картины писать надо. Владимир вывел на поводке ротвейлера из вольера, и мы отправились на прогулку. Хотя я прекрасно понимал, что собака без команды даже не почешется, но всё равно невольно держал дистанцию между мной и служивыми. – А что будет, если вырвется? – скорее от страха, чем из любопытства спросил я. – Исключено! – спокойно ответил Владимир – У неё очень хорошая выучка. Иногда, когда вольер моешь, забываешь его закрыть, убегает и в кабинете меня дожидается! А людей он вообще не трогает. Если его «поставить на охрану», то незнакомого человека он просто загонит в какой-нибудь угол и будет рычать, показывая серьёзность своих намерений, но уйти точно не даст. Другое дело, если даёшь команду кого-нибудь задержать. Для ротвейлера – это самая большая радость в жизни. Он догоняет и либо просто на спину прыгает, чтобы с ног свалить, либо на предплечье бросается. Если у человека нет специальной подготовки, то сопротивляться вообще бесполезно, только хуже сделаешь. Некоторых собак натаскивают, чтобы за ногу хватали, опять же, чтобы повалить человека, но наши, как я уже сказал, берут за предплечье. Обученная собака – это очень серьёзное оружие. У нас по нормативам они к специальным средствам приравнены, к таким как газовый баллончик, дубинка, электрошокер.
Оперативники в... шкуре Оперативники в... шкуре Оперативники в... шкуре Оперативники в... шкуре
– Где готовят специалистов вашей профессии, и как вы в неё попали? – Я обучался в Ростове-на-Дону. Мы тогда ещё к Москве относились, а в Ростове находится центральная Российская Кинологическая школа. Сейчас сотрудники обучаются в Нижнем Новгороде, там тоже очень хороших специалистов готовят. Пока мы беседовали, время прогулки подошло к концу, и Владимир провёл мне экскурсию по помещениям питомника. Как рассказал мой экскурсовод, здание такого типа как у них, имеет очень хорошую, продуманную конструкцию. Собаки живут в вольерах, разделённых на две части. Одна снаружи – летняя, другая внутри здания – зимняя. Между двумя половинами проход, и животные могут сами выбирать, где им находиться. В холодное время проход на улицу можно закрыть, а так как внутреннее помещение отапливается, то там постоянно поддерживается температура около пятнадцати градусов. Рядом, на стене висит длинный шланг, и есть водопроводный выход, так чтобы можно было нормально убраться в собачьих квартирах. Однако проходить по узкому коридору, окружённому с двух сторон клетками, с одной стороны наполненных полицейскими собаками, а с другой спасательными (тут же питомник МЧС), аттракцион, довольно сильно щекочущий нервы. Кажется, сейчас зазеваешься, и пересчитывай потом дырочки от зубов на мягком месте. Да и как рассказал Владимир, если просто идёшь мимо, не обращая внимания на собаку, то Рик встаёт около решётки на задние лапы, передние просовывает сквозь прутья, и может тебя по плечу похлопать: «Эй, мол, почему мимо проходишь!» Осмотрев вольеры, я решил посмотреть условия, в которых находятся люди. Всё просто и лаконично: раздевалка, туалет, кухня, на которой раньше готовили еду животным, и комната отдыха, в которой мы собственно и пили чай. Вот и всё, ничего лишнего, но и сказать, что люди сильно обделены, тоже нельзя. – Теперь остаётся только ждать. Сегодня, мне кажется, вызовов не будет, – усаживаясь за стол после прогулок, сказал Владимир. – Можно не ждать, – обречённо ответил я. – Ничего не случится. Традиция такая, если я заступаю с кем-то на смену, то у них ничего не случается. А как вы попали в эту профессию, и как относятся к вашей работе дома? Дети по вашим стопам пойти не собираются? – Я раньше в патрульно-постовой службе работал, в двухтысячном году набирали группу, вот мне и предложили. Я согласился, и нисколько не жалею. Дома относятся нормально, работа как работа. У меня дочка, не знаю, пойдёт ли она по моим стопам, но животных любит. У нас ротвейлер живёт, тоже со службы списанный, с которым я начинал работать, так она на нём прямо верхом катается. День начал клонится к закату, но как я и предполагал, ничего не произошло. Мы сидели, беседовали о разных собаках, о том, как правильно дрессировать, какие лучше, какие хуже, рассказывали разные истории из жизни, делились впечатлениями. Вечером Владимир покормил собак, и мы отправились отдыхать. Работы для четвероногих оперативников в наши дежурные сутки так и не нашлось. Уже перед уходом я спросил: – Как вести себя, если на тебя нападает собака? – Нормально воспитанная собака никогда не нападёт. Опасаться надо бродячих, которые стаями ходят. Как вести себя? Единственное, что могу сказать – лучше заранее избегать встречи, так как без специальной подготовки ты вряд ли сможешь что-то сделать, ну, а уж если встречи избежать не удалось, бери палку побольше; и то может не помочь, всё от собаки зависит. Одно скажу точно: убегать бесполезно. Если только есть возможность где-то спрятаться. «Избегать...» Отдавалось в моей голове по дороге домой... «Воспитанная собака не нападёт...» Пожалуй, надо заняться воспитанием своего деревенского охломона...
Артем Хохряков

Опубликовано 16 июня 2011г., 12:50. Просмотров: 2329.

Комментарии:



Эту заметку пока никто не комментировал.



Чтобы использовать комментарии, необходимо зарегистрироваться и/или авторизоваться ВКонтакте.

© 2007-2019 - Газета «Саров». 16+. Главный редактор - М.Ю. Ковалева.
Перепечатка возможна только с разрешения редакции. Ссылка на gazeta-sarov.ru обязательна.
Дизайн - Анна Харитонова. Разработка и поддержка - Олег Клочков.
ТИЦ Яндекс.Метрика