Газета «Саров» Здесь могла быть
ваша реклама!
Здесь могла быть
ваша реклама!

Газета «Саров» - Культура - О богоизбранности, палачах и русской литературе...

О богоизбранности, палачах и русской литературе...

Фестиваль «Живое слово», основанный талантливой нижегородской журналисткой Ниной Зверевой, нынешней осенью проходил в пушкинском Болдине в четвертый раз. И в очередной раз дал региональным журналистам хорошую возможность пообщаться друг с другом, с московскими знаменитостями, обсудить профессиональный уровень региональных изданий, поучиться и вообще, на пару дней уйдя от повседневной рутины, в кругу творческих личностей шире взглянуть на проблемы современности. Помочь в этом участникам, кроме всего прочего, по задумке Нины Зверевой должны «специальные гости» фестиваля. До сих пор вспоминаю встречу на одном из предыдущих фестивалей с замечательной актрисой и интереснейшим человеком Аллой Демидовой. На этот раз одним из «специальных гостей» стал профессор русской литературы ВГИКа Валерий Мильдон. Однако интереснейшая (говорю без всякой иронии) беседа на тему «Русская классическая литература как особое явление в истории мировой цивилизации» в конечном итоге вызвала не просто чувство неудовлетворенности, а, пожалуй, протеста. Пока речь в беседе шла о роли Пушкина в становлении в России литературы европейского уровня и об особенностях героев русской литературы XIX века, с профессором, словно карточный пасьянс, раскладывавшим цитаты, трудно было не согласиться. «Наши «неустроенные» герои многому научили западного читателя, они его изумили. Западные герои очень рациональны, их цель – преуспеть в жизни. Наш же герой не пытается чего-то добиться в жизни – ему это не нужно. Он всё время от чего-то бежит, его волнует, что жизнь устроена неверно. Или бежать, или перестроить мир – вот основные желания нашего героя. Но преобразование общества бессмысленно, ведь в процессе преобразования мир превращается в кровавую кашу. Мужчины в русской литературе хоть и симпатичны, но никуда не годны, русские литературные герои в большинстве своём – несчастные влюблённые. А современная литература пытается разрушить то, что ещё не разрушено. Мы живём в империи, которой давно нет...» – вот только малая часть тезисов выступления профессора Мильдона. Действительно, отличие русского героя (мятущаяся духовность против расчетливого прагматизма) от европейского как раз и привлекло внимание европейского читателя. Его загадочность, непостижимость, непохожесть. Но уже с посылом, что русской литературы до Пушкина не было, просто так соглашаться не хочется. Была. «В XIX веке он (русский язык – авт.) дал человечеству лучшую в мире литературу и поэзию. Но еще до А.С.Пушкина – основоположника классической литературы, – пишет в работе на конкурс им. И.Ф.Камской девятиклассник саровской школы №1 Лев Семенов, – семьсот лет существовала русская литература – одна из самых древних в Европе. Она древнее, чем литература французская, английская и немецкая. Языковое богатство русского народа заявило о себе в древнерусской литературе…» Что интересно, точно такую же мысль высказал и известный московский поэт Геннадий Красников на праздновании 75-летия нижегородской писательской организации. Другое дело, отчего образованный русский человек знал западную допушкинскую литературу лучше, чем западный образованный человек литературу русскую? Вопрос интересный, требующий отдельного исследования. А уж с тезисом Мильдона – «советская литература XX века не дала ничего действительно значимого и интересного для мировой культуры» – согласиться было еще сложнее. Уровня Пушкина и Гоголя не дала? Так и любая другая литература: английская, японская, латиноамериканская – рождает таких гениев весьма и весьма редко. Интересных же для Запада писателей Россия в двадцатом веке рождала! Не признавать большими писателями Шолохова, Распутина, Бунина, Ахматову, Пастернака (каждый сам вспомнит и назовет еще несколько имен) – просто необъективно. Их переводили на многие языки Европы и мира, и читали, читали, читали! Шолохов, наконец, нобелевский лауреат. Престижнейшая западная премия, между прочим. Полузабытый ныне Илья Эренбург очень даже интересовал западную культурную публику. Плюс масса писателей, которых на Западе знают и любят даже больше, чем в России. И это авторы, выросшие в советской действительности. Может быть, их талант развивался и вопреки действовавшей идеологии, так ведь это как раз свойственно таланту – быть вопреки. К сожалению, современная литература чересчур политизирована, что в общем-то всегда было характерно для русской литературы. Как и век назад, российское литературное пространство довольно четко разделено на западников и государственников, славянофилов и славянофобов. Может быть, это и неизбежно, но явно мешает объективному восприятию и тем более объективной оценке как состояния литературы в целом, так и произведений современных авторов. Вот эта политизированность в беседе Валерия Мильдона и вызвала категорическое неприятие (и не только у меня). Рассуждения с оценками не только и не столько русской литературы, сколько русского (пожалуй, российского) народа в целом как нации вызвали недоумение. «Если в XIX веке русский народ считал себя богоизбранным, откуда во времена революции и позднее (очевидно, в 37-м году – авт.) в нем взялось столько палачей, доносчиков и предателей, одним словом, мерзавцев? – спросил у аудитории профессор. И сам, хоть и со знаком вопроса, дает ответ, – может быть, с этим народом что-то не так?» Ну, действительно, отчего же в разговоре о русской литературе вдруг возник такой странный поворот? Отчего Валерий Мильдон, рассуждая о литературе, задался вопросом о богоизбранности нации и наличием в ее рядах палачей, доносчиков и предателей? «Может быть, с этим народом что-то не так?» А, может быть, что-то не так с логикой в рассуждениях профессора? Во-первых (раз уж мы рассуждаем о русской литературе в контексте мировой культуры), как быть с культурным германским народом (в смысле наличия огромного количества палачей, предателей и убийц в первой половине XX века)? Как быть с утонченными французами и их гильотиной, лишившей голов десятки людей королевской крови, затем тысячи тех, кто лишал голов, а затем и тех, кто лишал голов тех, кто лишал? Или с музыкальными итальянцами, собственно и взрастившими фашизм? Или с тонкими и поэтичными японцами (хокку, танка, акварели и каллиграфия), резавшими самурайскими мечами животы американским пленным и мирным островитянам? И вообще – чем немецкий нацизм, итальянский фашизм, японский национализм и в конце концов еврейский сионизм лучше русского шовинизма? Во-вторых, стоило бы ответить и на вопрос: как все это связано с появлением (или непоявлением) гениальных произведений? С литературой – да, с литературой связано все, что происходит в мире. Но как это связано с проявлением литературы в виде очередного шедевра? Гений – явление непредсказуемое, не зависящее ни от времени, ни от политического строя, ни от экономики. Бог в маковку поцеловал – гений. Тогда причем здесь революция, 37-й год, палачи, доносчики и предатели, причем богоизбранность? Ни при чем. Тогда зачем это смешение откровенной политики и неприятия минувшей советской эпохи с литературой? Это вопрос… Очевидно, предполагалось, что в ходе беседы развернется обсуждение основных положений лекции профессора, возникнет полемика. Однако цейтнот, в который попали и организаторы, а следовательно, и участники фестиваля, не дал возможности поспорить, поэтому «наш ответ Чемберлену» поневоле получился заочным. Впрочем, материал этот обязательно будет выслан на портал «Живого слова»…
Александр Ломтев

Опубликовано 14 октября 2009г., 02:52. Просмотров: 2452.

Комментарии:



Эту заметку пока никто не комментировал.



Чтобы использовать комментарии, необходимо зарегистрироваться и/или авторизоваться ВКонтакте.

© 2007-2019 - Газета «Саров». 16+. Главный редактор - М.Ю. Ковалева.
Перепечатка возможна только с разрешения редакции. Ссылка на gazeta-sarov.ru обязательна.
Дизайн - Анна Харитонова. Разработка и поддержка - Олег Клочков.
ТИЦ Яндекс.Метрика