Газета «Саров» Здесь могла быть
ваша реклама!
Здесь могла быть
ваша реклама!

Газета «Саров» - Культура - Три сестрички и Йоахим Шолль

Три сестрички и Йоахим Шолль

Картинка«Я никогда прежде не видел столько крови» «Курская битва (5 июля – 23 августа 1943 года; также известна как битва на Курской дуге) по своим масштабам, задействованным силам и средствам, напряжённости, результатам и военно-политическим последствиям является одним из ключевых сражений Второй мировой войны и Великой Отечественной войны. Самое крупное танковое сражение в истории; в нём участвовали около двух миллионов человек, шести тысяч танков, четырёх тысяч самолётов. Битва продолжалась 49 дней. Немецкая сторона наступательную часть сражения называла операция «Цитадель». По своему ожесточению и упорству борьбы эта битва не имеет себе равных».
Википедия
…С годами воспоминания участников той войны становятся буквально на вес золота. Уходят от нас ветераны… Поэтому неудивительно, что мы двумя руками схватились за материал, принесенный в редакцию Виктором Васильевичем Сазоновым, помощником командира в/ч 3274 по работе с ветеранами, председателем совета ветеранов. Несколько рукописных листков, рассказывающих о трех участницах битвы на Огненной дуге: Зинаиде Ивановне Игруниной, Екатерине Николаевне Лойко и Александре Наумовне Литвиновой. Все они были военными сестричками, солдатскими ангелами в том жутком аду. Существует мнение, что именно благодаря им, военным медикам, более семидесяти пяти процентов раненых в боях под Курском были спасены. КартинкаПростите за казенное – «проценты», простите, что не могу перевести это на нормальный человеческий язык. Потому что до сих пор никто не может сказать точно, сколько же наших погибло тогда на Огненной дуге, сколько было ранено, сколько пропало без вести. Уверена, что и сами бывшие сестрички – Зинаида Ивановна, Екатерина Николаевна и Александра Наумовна – не могут сказать точно, скольких же они спасли, вытащили… С фотографий военных лет на меня смотрят совсем еще девчушки: строгие военные прически, а над ушком предательский легкий завиток… Я вглядываюсь в черно-белые снимки и пытаюсь понять, каково же им было в том пекле? Как самим удалось выжить? А ведь им тогда было по 18 – 19 лет. Да, война… Загнала всех в одну мясорубку, да так перерубила человеческие судьбы, жизни, смешав кровь, плоть… Воистину, это было гигантское сражение, про которое и вспоминать страшно, и забыть невозможно… Из дневника Йоахима Шолля, участника Курской битвы, командира танка Panzer VI Tiger под номером 232, который входил в состав 2-ой роты 102-го танкового батальона SS «Das Reich»).
«Курск (операция «Цитадель»). 10 июля 1943 г. Это мой первый бой на «тигре». Я потратил всю ночь, читая и перечитывая инструкцию по эксплуатации этой боевой машины. Вспоминая о прошедшем периоде обучения, прокручивал различные ситуации в голове. Я очень нервничаю. Такого сосредоточения сил с обеих сторон я не припомню с начала операции «Барбаросса». В любом случае не стоит себя изводить, это свершится, и мне нужно сделать максимум из возможного в этой битве. 10 июля 1943 г. Ничего особенного в моём первом бою на «тигре» не произошло. Он прошёл обыденно. Нас обстреливали в течение нескольких минут, но огонь вёлся как-то неорганизованно. Несколько снарядов ударило в броню моего «тигра». Мне это не понравилось... Мы продвинулись вперёд примерно на 7-8 км. Продвижение сильно замедлялось из-за минных полей и досаждающих самолётов противника. Уша записал на свой счёт 2 победы, но я всё же выиграю свои 100 марок, которые мы – я, Герт и Уша – поставили на то, кто будет иметь наибольший боевой счёт к концу войны. Завтра будет новый день.»
КартинкаИз воспоминаний Александры Наумовны Литвиновой:
«В 41-ом я кончила 8 классов. Учиться не пришлось, сразу пошла работать. А в начале 42-го пошла на курсы медсестер, которые закончила в декабре… Так я стала солдатом Красной Армии. Первое боевое крещение приняла на Курской дуге… Госпиталь подвергался бомбежкам и обстрелам, так что приходилось все время его эвакуировать и оказывать в такой вот обстановке медицинскую помощь раненым. Были потери и среди нас, девушек-медиков… Много времени прошло с той поры, но я всегда помню о моих фронтовых друзьях…»
Из дневника Йоахима Шолля:
«11-12 июля 1943 г. Да, я одержал свою первую победу. Ладно, это был всего лишь тягач, буксировавший артиллерийское орудие, но это всё равно – уничтоженная цель. Мой наводчик, Карл, выпустил по нему около 30-ти снарядов. Один Бог знает, где его учили целиться! Уша записал на свой счёт ещё три победы. Боров, он уже далеко меня опередил. Думаю, ему попался гораздо лучший наводчик. Я слышал, что мы потеряли сегодня 4 «тигра» на минных полях. Это сделало меня очень осторожным при продвижении вперёд. Я собираюсь немного сдать назад и подождать, пока Ульрих внимательно исследует маршрут продвижения. 15 июля 1943 г. Что за день! Я думаю, мы подбили 5 танков сегодня. Я не уверен точно, так как там было столько пыли и столько танков кругом! Было трудно даже просто обнаружить цель. В один из моментов боя я почти приказал открыть огонь по нашему StuG. Мне показалось, что это русский. Я знаю точно, что я уничтожил русскую САУ, так как она была всего в 50 метрах передо мной. Куски САУ долетели даже до моего «тигра» и застучали по броне. Это какое-то сумасшествие, во время обучения нам говорили, что мы должны уничтожать цели на больших дистанциях. Мне и в голову не приходило, что они имели в виду ТАКИЕ дистанции. Я думаю, что мы также уничтожили несколько противотанковых орудий противника, так как все мы, и я, и Герт, и Карл, обстреливали их позиции фугасными снарядами».
КартинкаИз воспоминаний Зинаиды Ивановны Игруниной:
«Мне было восемнадцать, когда попала в сортировочное отделение медсанбата 3-го танкового корпуса 2-й танковой армии. Почти весь период сражений, которые шли на Курской дуге, наш танковый корпус часто маневрировал, передвигаясь с одного рубежа на другой, безотрывно за ним следовали и мы, работники медсанбата. Развертывали палатку недалеко от переднего края… Конечно, было опасно и страшно: с неба бомбят, на земле идет непрерывный артобстрел. Но нам нужно было оказывать помощь раненым бойцам, эвакуируя их в тыловые госпитали. Многие потом возвращались в строй… После Курской битвы я была и на других фронтах… Столько лет прошло с тех пор, но я помню всех своих боевых товарищей, которые прошли через ту Огненную дугу…»
Из дневника Йоахима Шолля:
«16 июля 1943 г. Ещё один день в аду. Коммунисты устроили ад на поле боя. Мы уничтожили группу пехоты противника, пытавшуюся обойти наших гренадеров с фланга. Даже внутри «тигра» мы слышали, как наши гренадеры радостно кричали всякий раз, когда очередной наш снаряд ложился прямо в середину русских. При такой поддержке мы чувствовали себя прекрасно. Хотя должен сказать, что наблюдать за летающими повсюду частями тел мне удовольствия не доставляло. Нашего заряжающего, Берти, дважды вырвало прямо в пустые ячейки хранилища снарядов. Сам будет убирать... Наступила ещё одна ночь, пытаюсь уснуть. Не думаю, что у меня получится. Я уже не могу нормально поспать в течение трёх дней. 19 июля 1943 г. Это сражение складывается не слишком удачно для нас. Прошли слухи, что русских войск здесь гораздо больше, чем ожидалось. Я слышал, что армейские танковые батальоны «тигров», ведущие боевые действия далеко впереди, уже несут большие потери. Это настораживает и пугает... Нашу позицию практически захлестнули русские войска. Мы запросили артиллерийскую и авиационную поддержку, так как наши запасы фугасных снарядов на исходе. Перекрёстным огнём нам удалось загнать около 2000 русских в овраг. Мы уже трижды перезаряжали ленты наших пулемётов и трижды пополняли боезапас фугасных снарядов. Я никогда прежде не видел столько крови. Меня мутило, Берт склонился и орал мне в ухо, пока до него не дошло, что послужило причиной моего состояния. Я никогда не забуду этот день».
КартинкаИз воспоминаний Екатерины Николаевны Лойко:
«Я была санитаркой одной из артбатарей 67-го гвардейского корпуса. Мне тогда было всего семнадцать. Тоненькая такая была, наверное, поэтому бойцы и командиры называли меня ласково Катюшей. Это имя во время войны вообще было популярным из-за песни… Мне тогда казалось, что если меня так называют, значит я обязательно должна оправдать свое имя. Вот и старалась изо всех сил… Сколько бойцов спасла – не знаю, может, сотни, может, больше… Такая мясорубка шла… Да и не до подсчетов нам было. Меня часто спрашивают, что больше всего запомнилось в той битве? Страх. Мне было очень страшно. Помню, тащу раненого под кромешным огнем, а сама вслух разговариваю: «Мамочка, родненькая, разве ж для этого ты меня родила?.. Ведь женщине не место на войне, но раз так случилось, и я уже здесь, значит, живи, родной мой боец, только живи, я тебя спасу, обязательно… А как же иначе? Ты только, слышишь, дыши! Ты должен!..» Боялась я очень, не за себя, за то, что не дотащу, что умрет… Было, конечно, и такое. За каждую смерть переживала так, словно родному человеку глаза закрыла…»
Из дневника Йоахима Шолля:
«23 июля 1943 г. У нас кое-что случилось. Мы ехали обратно к себе в часть. Наш путь пролегал через маленькую деревеньку. Роберт увидел, как один из полицейских избивал русского старика. Он выскочил из машины и сбил полицая на землю. Подоспел напарник полицейского, Роберта скрутили и собрались уводить, вероятно, для предъявления обвинения. Ну вот, прекрасно, я остался без водителя, потому что эти полицаи хотят везде и всюду распространить своё влияние. Я подошёл ко второму полицейскому и сказал, что если они не вернут мне Роберта, то я заберу их на передовую и покажу тот овраг с изуродованными телами. В ответ полицейский пожал плечами и сказал, что он видел и похуже. Откуда эти полицейские могут видеть похуже, если они даже на передовой никогда не были? Но я не стал спорить, а Роберта освободил наш командир. 25 июля 1943 г. Наконец-то наш «тигр» отремонтирован. Механики работали всю ночь, так как поступил строжайший специальный приказ: «Срочно вернуть все танки на фронт»… Мы шутили по пути в мастерские, временами Уша возмущался по поводу бардака, который творится на фронте. Он сказал, что никто не знает, кто где находится, а русские наваливаются как сплошная коричневая стена. По его словам, русские совершенно не обращают внимания на свои потери. К сожалению, и наши войска изрядно потрёпаны. Ещё он сказал, что во второй роте осталось всего три танка… Я чувствую себя очень уставшим, экипаж – тоже. Роберт дважды практически засыпал на ходу. Карл сказал, что уничтожили пару орудий, один Т-34 и много пехоты. Но я ничего из этого подтвердить не могу. Но я всё равно заявлю об этих победах, так как я пока не вышел из этой гонки за 200 марок. 28 июля 1943 г. Сегодня нам приказали отступить и перегруппироваться. Это первый раз с начала операции «Zitadelle», когда я увидел всю роту в полном сборе. Мы потеряли несколько танков, в основном из-за технических неисправностей, но некоторые подорвались на минных полях. Молодой Герт был серьёзно ранен, и его отправили в Берлин. Уша сказал, что Герту отнимут правую руку, и пари теперь остаётся лишь между нами двумя. Я сказал, что Уша победил в этом пари, и мы заключим новое, когда Герт вернётся. Собственно, у меня пока и не было такой большой необходимости в 100 марках. Мы возвращаемся обратно в Белгород. На своём пути мы встретили группу пехотинцев. Они выглядели уставшими и понурыми. Я почувствовал себя виноватым и предложил им забраться на броню. Они устроились за башней. Роберт болтал всю дорогу, пока я и Карл не потеряли терпение и не сказали ему заткнуться. Мне, как офицеру, не следовало бы этого делать. Я не потерял контроль над собой, но после этого месяца боёв я уже никогда не буду таким, как раньше».
Картинка22 июня 1944 г. Йоахим, Карл и Берти были взяты в плен канадскими войсками после того, как самолёт союзников разорвал один из траков их «тигра». Дневник Йоахима был найден и возвращён ему после допроса. Йоахим вышел из лагеря в 1946 году и навсегда остался в Шотландии. Он прожил долгую жизнь и умер в феврале 2001 года в возрасте 87 лет. Война для немецкого парня закончилась в 44-ом, а три наши медсестрички еще долго шли по военным дорогам... Получали звания, награды; теряли друзей и подруг и по-прежнему спасали жизни бойцов, порой не успевая даже узнавать их имена… На войне все трое нашли свои половинки и уже вслед за своими мужьями-офицерами, которые были посланы на охрану секретного объекта, попали в наш город. …Когда я готовила этот материал, невольно возвращалась к одной и той же мысли: могли ли видеть друг друга немецкий офицер Шолль и наши девушки Зина, Катюша и Саша? Они ведь все были почти ровесники, и если судьбой им было предназначено оказаться в том пекле в одно и то же время, то почему бы и нет. Ведь мог же Йоахим, глядя в смотровую щель своего танка, увидеть ползущую русскую санитарку, тянущую за собой раненого… О чем он мог думать в этот миг? О том, как отважны эти русские девушки, почти дети, или о том, что как они сильны, несмотря на всю свою хрупкость? А может, о том, что ему еще рано жениться? А может, о том, что он не имеет права терять контроль над собой, глядя на то, как русская санитарка, цепляясь зубами за землю, тащит из последних сил за собой чужого ей парня? Возможно, он даже заметил, как русская в какой-то момент вдруг замерла, словно почувствовав на себе его взгляд, и, вжавшись в землю, обернулась. Буквально на секунду, поправив рукой сползшую каску. И тут он мог заметить, как из-под пыльной каски выбился предательский легкий завиток. Прямо над ушком, из которого по девичьей щеке текла тонкая струйка крови… Кругом стоял такой грохот, что «рвались» перепонки, сплошной рев моторов, лязганье металла, грохот, взрывы снарядов, дикий скрежет разрываемого железа… От выстрелов в упор сворачивало башни, скручивало орудия, лопалась броня, взрывались танки. А Йоахим не мог оторвать взгляда от красной струйки, ползущей по щеке…
Картинка
Елена Кривцова

Опубликовано 24 августа 2012г., 10:33. Просмотров: 3081.

Комментарии:


Сеергей Сеергей
28 августа 2012г., 10:39
Цитировать это сообщение
Герои.
Это вам не по дворам пиво пить и натяжные потолки в квартиры...
Ломтев Ломтев
28 августа 2012г., 16:00
Цитировать это сообщение
Да уж...
Сеергей Сеергей
28 августа 2012г., 17:40
Цитировать это сообщение
А сейчас, не случится ли с нашими контрактниками ситуация, как с американскими вояками во Въетнаме, которые отказались идти в атаку после того, что согласно контракту им не привезли апельсиновый сок на завтрак?
rider rider
28 августа 2012г., 22:01
Цитировать это сообщение
Мне кажется немного некорректное сравнение. Защита своей родины, близких и родных и Выполнение военной миссии непонятно в чьих интересах.
Сеергей Сеергей
29 августа 2012г., 09:06
Цитировать это сообщение
rider, вообще, да, согласен.

Чтобы использовать комментарии, необходимо зарегистрироваться и/или авторизоваться ВКонтакте.

© 2007-2019 - Газета «Саров». 16+. Главный редактор - М.Ю. Ковалева.
Перепечатка возможна только с разрешения редакции. Ссылка на gazeta-sarov.ru обязательна.
Дизайн - Анна Харитонова. Разработка и поддержка - Олег Клочков.
ТИЦ Яндекс.Метрика