Газета «Саров» Здесь могла быть
ваша реклама!
Здесь могла быть
ваша реклама!

Газета «Саров» - Культура - Ток-шоу Кочубея Махалова

Ток-шоу Кочубея Махалова

– Здравствуйте, дорогие телезрители и гости студии! С вами вновь шок-тоу «Что говорят» и я, Кочубей Махалов. Сегодняшнее шок-тоу должно шокировать нашего брата журналиста, поскольку мы будем обсуждать тему «Читать или не читать газеты». В нашей студии профессор Преображенский, известный своими радикальными взглядами на эту проблему! Прошу вас, профессор… Профессор Преображенский: – Если вы заботитесь о своем пищеварении, вот добрый совет… не читайте до обеда советских газет. Вы знаете, я провел тридцать наблюдений у себя в клинике. И что же вы думаете? Пациенты, не читавшие газет, чувствовали себя превосходно. Те же, которых я специально заставлял читать «Правду», теряли в весе!.. Мало этого! Пониженные коленные рефлексы, скверный аппетит, угнетенное состояние духа. С трибуны гостей студии раздается деликатный голос доктора Борменталя: – Филипп Филиппович, и «ВИЧ-инфо» не читать? – Никаких не читайте, голубчик, – обернулся к трибуне профессор. – Мои исследования показывают… Махалов перебивает: – Мы организовали телемост с городом Черноморском, – на большом экране неясные южные тополя, пыльная улочка, а на переднем плане молодой человек в фуражке и длинном грязноватом шарфе. – На нашем экране простой черноморец, турецкоподданный управдом Остап-Сулейман-Берта-Мария-Бендер Бей. Остап Ибрагимович, у вас есть мнение на этот счет? Остап Бендер: – Людей, которые не читают газет, я бы морально убивал на месте!.. В студии с кресла вскакивает невысокий рыжеватый человек с бородкой и кричит, тыча ладонью в экран: – Пгавильно, молодой человек, абсолютно вегно! И я бы убивал… Махалов: – Почему, Владимир Ильич? – Потому что газета не только коллективный пгопагандист и агитатог, но еще и коллективный огганизатог! – Всех журналистов надо пересажать! – активно вклинивается в разговор Владимир Вольфович Жириновский. – А все газеты закрыть! Врут и врут, врут и врут, подонки. Каждому журналисту по Колыме, каждому россиянину по телевизору! Пусть Махалова смотрят. Махалов растроганно: – Спасибо, Владимир Вольфович… – За что спасибо, подонок, твоя передача тоже с Колымы транслироваться будет! Ленин: – Вы не пгавы, батенька! – Какой батенька?! Мой батенька юрист. А ты подонок! – достает из кармана стакан с соком и выплескивает сок в Ленина, Ленин достает маузер… Махалов: – Господа, господа, успокойтесь, а мы уходим на рекламу, не переключайте канал… Вновь студия (Ленин с плохо загримированным подбитым глазом и Жириновский с перевязанной рукой насупленно молчат). Махалов: – Итак, мы снова в эфире, – направляется к трибуне. – Давайте дадим слово простым людям… Вот вы, пожалуйста, не стесняйтесь! Со скамьи робко поднимается маленький человечек в изрезанном ножницами сюртуке, представляется: – Титулярный советник Аксентий Иванов Поприщин… Был в театре. Играли русского дурака Филатку. Очень смеялся. Был еще какой-то водевиль с забавными стишками на стряпчих, особенно на одного коллежского регистратора, весьма вольно написанные, так что я дивился, как пропустила цензура, а о купцах прямо говорят, что они обманывают народ и что сынки их дебошничают и лезут в дворяне. Про журналистов тоже очень забавный куплет: что они любят все бранить и что автор просит от публики защиты. – А я что говорил! – вскакивает Жириновский. – Только и умеют бранить, подонки, вот устами простого дворянина… Махалов, перекрикивая Жириновского: – Мы сегодня говорим не о журналистах, а о газетах. Поприщин робко: – Я сегодня все утро читал газеты. Странные дела делаются в Испании. Я даже не мог хорошенько разобрать их. Пишут, что престол упразднен и что чины находятся в затруднительном положении о избрании наследника и оттого происходят возмущения. Мне кажется это чрезвычайно странным. Как же может быть престол упразднен? Говорят, какая-то донна должна взойти на престол. Не может взойти донна на престол. Никак не может. На престоле должен быть король. – Не король, а царь, – перебивает титулярного советника Жириновский. – Всенародно избранный царь, царь наведет порядок с газетами! – Это контггеволюция! – вскакивает Ленин и бросается на Жириновского. Профессор Преображенский пытается их разнять, в студии шум-гам. Махалов кричит: – Сейчас реклама, но через минуту мы вернемся, не переключайте канал… Вновь студия. Ленина на своем месте нет, Жириновский и профессор Преображенский сидят с наспех загримированными фингалами. Между ними настороже доктор Борменталь и Остап Бендер. Махалов: – Дорогие зрители, сегодня у нас в гостях экс-президент США Томас Джефферсон… Господин Джефферсон, а вы что можете сказать по поводу обсуждаемой нами проблемы? Джефферсон бубнит по-английски, а длинноногая накрашенная переводчица в короткой юбке, запинаясь, переводит: – Э-э-э… Если бы меня спросили, вы а-а-а за правительство без газет или м-м-м э-э-э за газеты без правительства? Я бы выбрал э-э-э без последствий… прошу прощенья – последнее! Полная женщина из первого гостевого ряда тянет руку. Махалов откликается: – Да? Женщина: – Не знаю, как там, за границей, не была… Газеты читать надо! Махалов: – А что? Полная женщина презрительно-высокомерно: – Хм! Крик с гостевых трибун: – А если не будем читать? Женщина: – Отключим газ! На гостевых трибунах нарастает шум, слышны отдельные возгласы: – Читать! – Не читать! – Сам дурак! – Да что нынче в газетах-то пишут! Будто бы Земля скоро налетит на небесную ось! Кочубей Махалов, повышая голос: – Господа, господа, в нашей студии еще один американский гость… Жириновский: – Опять американский! Все продали американцам, теперь последний эфир даром отдаем! Остап Бендер: – Он случайно не из Рио-де-Жанейро? Махалов: – Нет, господин Марк Твен из США, и он известен тем, что редактировал сельскохозяйственную газету. Господин Твен, некоторые наши отсталые сограждане считают, что низкое качество газет – результат низкого кругозора и интеллекта главных редакторов. Нужно ли вообще журналисту, – скромно одергивает на себе пиджак, – а тем более редактору, быть образованным человеком? Марк Твен (через ту же переводчицу, косясь на ее ноги): – Первый раз слышу такую глупость. Вот что я вам скажу: я четырнадцать лет работаю редактором и первый раз слышу, что человек должен что-то знать для того, чтобы редактировать газету. Кто пишет театральные рецензии в захудалых газетках? Бывшие сапожники и недоучившиеся аптекари, которые смыслят в актерской игре ровно столько же, сколько я в сельском хозяйстве. Кто пишет отзывы о книгах? Люди, которые сами не написали ни одной книги. Кто стряпает тяжеловесные передовицы по финансовым вопросам? Люди, у которых никогда не было гроша в кармане… С места приподнимается молчавший все шок-тоу респектабельный редактор известной газеты «Московский пионер» Павел Уткин: – Господин Твен, но зачем же обобщать? Встречаются и высокообразованные, высокоморальные редакторы, которые выпускают высокопрофессиональные газеты… Марк Твен, ухмыляясь: – Вы мне что-то толкуете о газетном деле? Мне оно известно от Альфы до Омахи, и я вам говорю, что чем меньше человек знает, тем больше он шумит и тем больше получает жалованья… Вдруг в студию на инвалидном кресле вкатывается Владимир Ильич Ленин; за ним толпа матросов, перепоясанных пулеметными лентами, с маузерами в руках. Один из матросов кричит: – Которые тут против «Правды»? Слазь! В студии шум и гвалт, бледный Кочубей Махалов, надрываясь, кричит: – Что ж, пришло время подвести итоги. Когда говорят, что телевидение и Интернет вытеснят газеты, я в это не верю, по той простой причине, что ни один здравомыслящий человек не потащит с собой в, извините, туалет ни телевизор, ни компьютер. К тому же попробуйте на природе или в скверике на скамеечке порезать на телевизоре или даже ноутбуке селедочку или колбаску, я уж не говорю о ситуации, когда необходимо отлучиться в кустики… Итак, совершенно ясно, что газеты – это неизбежное зло, которое должно информировать жителей страны и нести на своих страницах свет добра! Конечно, цензура абсолютно недопустима, поэтому нужно разработать закон, который жестко бы регламентировал содержание наших бумажных СМИ. Итак, на этом наше шок-тоу заканчивается, – Махалов старается придвинуться поближе к камере, чтобы загородить начавшуюся в студии потасовку, – в следующей нашей передаче мы рассмотрим весьма и весьма актуальную тему: «Теща как зеркало общественного устройства современного семейного института России», всего вам хорошего, берегите себя…
Александр Ломтев

Опубликовано 29 июля 2009г., 03:43. Просмотров: 2665.

Комментарии:



Эту заметку пока никто не комментировал.



Чтобы использовать комментарии, необходимо зарегистрироваться и/или авторизоваться ВКонтакте.

© 2007-2021 - Газета «Саров». 16+. Главный редактор - М.Ю. Ковалева.
Перепечатка возможна только с разрешения редакции. Ссылка на gazeta-sarov.ru обязательна.
Дизайн - Анна Харитонова. Разработка и поддержка - Олег Клочков.
ТИЦ Яндекс.Метрика